Подробности дикого инцидента в Челябинском танковом училище, когда из-за издевательств "дедов" рядовому Андрею Сычеву пришлось ампутировать обе ноги и половые органы, становятся достоянием общественности.

Пьяные "деды" заставляли рядового батальона обеспечения Сычева "делать стульчик" и "смотреть телевизор". Информацию о том, что его насиловали, военные пытаются скрыть всеми средствами. А министр обороны Иванов "ничего не знал", будучи "высоко в горах". И до сих пор считает, что ничего особенного не произошло.

Из высших армейских чинов на происшедшее в Чебялинске отреагировал только начальник Генштаба генерал Юрий Балуевский. Он высказал возмущение как самим ЧП, так и тем, что о положении дел в этой части ничего не знали руководители ни училища, ни Приволжско-Уральского военного округа (ПУрВО), ни Сухопутных войск.

Комиссия Минобороны, направленная в Челябинское танковое училище для расследования фактов издевательства над военнослужащими, приступила к работе, сообщили РИА "Новости" в четверг в прокуратуре Приволжско-Уральского военного округа. Главный военный прокурор Александр Савенков объявил, что взял расследование дела Сычева под личный контроль.

В больницу солдат с гангреной попал еще 4 января. Но только теперь генералы забили тревогу - после того как прокуратура, по ее признанию, с великим трудом, "преодолев круговую поруку", доказала, что боец Сычев стал жертвой совершенно дикой оргии дембелей, при полном попустительстве командиров отмечавших новогодние праздники массовым избиением молодых солдат, подчеркивает "Время новостей".

По информации газеты, Сычев несколько дней жаловался своим командирам на боль в ногах, но в больницу его отправили лишь после того, как рядовой не смог выйти на построение. При осмотре гражданские медики зафиксировали у него гангрену обоих ног и многочисленные переломы. После первой операции Андрею Сычеву удалили часть левой ноги, но состояние его оставалось критическим, и на прошлой неделе ему ампутировали обе ноги и половые органы. Из комы он вышел лишь на прошлой неделе, сейчас состояние солдата остается тяжелым.

Начальник военного училища Виктор Сидоров уверяет, что..........


все, что сейчас говорится, на 90% неправда". Свою версию он поведал "Известиям": "На самом деле было так: 4 января рядовой Сычев обратился к начальнику медслужбы Максимову с жалобой на боль в левой голени. Максимов осмотрел его. Первоначальный диагноз - рожистое воспаление левой голени. Сычеву оказали первую помощь. Но на следующий день улучшение не наступило, и его отвезли в гарнизонный военный госпиталь. Ни на что, кроме ноги, он не жаловался. 6 января его перевезли в городскую больницу. Там ему сразу же предложили сделать операцию, но он отказался. 7 января операцию все-таки сделали. Его осматривали доктора. Нигде речь о синяках не шла".

Пьяные "деды" заставляли Сычева "делать стульчик" и "смотреть телевизор"

По сообщению Генпрокуратуры, группа старослужащих в праздники несколько дней избивала не одного Сычева, а восемь молодых сослуживцев. А в ночь на 1 января сержант Севяков, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, "с целью глумления и издевательства" заставлял Сычева в течение трех часов находиться в состоянии полуприсяда и при этом наносил ему удары по ногам. В результате этого насилия у потерпевшего возникло позиционное сдавливание нижних конечностей и половых органов, что привело к развитию гангренозного воспаления.

Сестра солдата Марина со слов своего брата передала "Коммерсанту", что "деды" четыре часа держали его привязанным к стулу и били: "Это стандартная процедура, старослужащие таким образом "воспитывают" молодых". Однако Сычева привязали так крепко, что у него начался некроз тканей.

Высокопоставленный источник в челябинском военном гарнизоне на условиях анонимности сообщил "Времени новостей", что во время издевательств рядового Сычева еще и насиловали несколько часов. Источник утверждает, что военные прокуроры знают об изнасиловании, но против огласки этих фактов выступает высшее московское руководство, опасающееся за имидж вооруженных сил.

Министр Иванов: ничего серьезного там нет, иначе я бы знал

Министру обороны России не докладывали об избиении солдат в Челябинской области. Сергей Иванов ничего не знает о страшной трагедии, которая уже две недели в центре внимания СМИ.

В ответ на просьбу журналистов прокомментировать скандальный инцидент, он заявил РИА "Новости", что "последние несколько дней находился далеко от российской территории, высоко в горах, и о том, что произошло в Челябинске, не слышал". Он добавил: "При этом думаю, что ничего очень серьезного там нет. Иначе я бы об этом обязательно узнал". В четверг министр отправится в армянский город Гюмри, куда вскоре переведут российских военных из грузинского Ахалкалаки, передает НТВ.

Сам Иванов в армии не служил. Присягу принял на 4-м курсе филфака ЛГУ во время университетских военных сборов под Ленинградом. В 1976 году стал слушателем высших курсов КГБ в Минске, после чего поступил на работу в КГБ СССР. В 1981 году окончил 101-ю школу Первого главного управления КГБ СССР и перешел на работу во внешнюю разведку.

Поведение министра Иванова недостойным назвала глава Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова.

"Я думаю, что сейчас Главный военный прокурор сообщит министру обороны, что происходит в его войсках", - сказала она.

"Министр обороны в очередной раз показал себя, к сожалению, неосведомленным и достаточно жестоким человеком, - сказала Мельникова в эфире радиостанции "Эхо Москвы". - И, конечно, виноваты его подчиненные - пускай он в горах, пускай у него мобильный телефон не работает - но не докладывать о таких чудовищных преступлениях нельзя, я считаю, что это просто сознательное сокрытие преступления в войсках".

Мельникова подчеркнула, что "издевательства над солдатами, пытки и жесткое обращение не могут называться легкомысленным словом "дедовщина". "Это действительно преступление против личности, - отметила она. - И пока армия призывная, пока ребят отправляют туда в наручниках, пока для офицеров солдат по призыву не человек и его жизнь, здоровье и достоинство ничего не стоят, такие вещи будут продолжаться". По мнению Мельниковой, "никакими решениями, никакими директивами невозможно изменить что-то в отношениях между военнослужащими, пока все они рабы в воинских частях".

В связи с произошедшим напомним слова министра Иванова, сказанные еще 2 апреля 2003 года в ответах читателям "Комсомольской правды": "Что же до "дедовщины", корни ее глубокие, еще с советских времен. Кардинально вопрос можно решить, переведя армию на добровольную форму комплектования. Скажу прямо: это произойдет не скоро".

Для ликвидации "дедовщины" в армии необходим целый комплекс мер, в том числе строгое наказание за сокрытие информации о нарушениях. Об этом заявил в эфире радиостанции "Эхо Москвы" председатель комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктор Озеров. По его мнению, "дедовщина" "была, есть и, наверное, всегда будет в вооруженных силах, главное - как использовать старослужащих и в каком направлении вести с ними работу".

Он подчеркнул, что "необходимо усилить спрос с офицерского состава за обучение и воспитание подчиненных, в том числе со старослужащих, а также более эффективно и жестко наказывать виновных, всех командиров, начальников".

Комментируя реакцию министра обороны на ЧП в Челябинске, он заявил: "Никак иначе, как безобразием, нельзя назвать, если министр обороны на 20-й день после случившегося не знает о происшедшем, поэтому все, кто на стадии закрытия информации был причастен, должны понести строгую ответственность, вплоть до увольнения из вооруженных сил".

Чиновники Министерства обороны должны покинуть занимаемые посты после того, что произошло в Челябинске. Если они этого не сделают, то уволить их должен сам министр обороны, считает руководитель Совета при президенте по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека Элла Памфилова. Она также отметила, что сам министр обороны должен решить, уходить или нет в отставку после происшествия в Челябинске.

Информацию скрывали. Мать Андрея: гангрена перешла на руки

"Новые известия" пишут, что информацию о случившемся старались скрыть. Врачам "скорой" дали указание лечить Сычева втихую и никому не показывать его историю болезни. Однако те не могли остаться равнодушными. "Мне 4 января позвонила женщина, она не хотела представляться, но сообщила, что в больнице лежит солдатик без ног, - рассказала председатель челябинского Комитета солдатских матерей Людмила Зинченко. - Сказала, что вся больница ревет, глядя на солдата, и не может потерпеть, чтобы его история замалчивалась". Людмила Зинченко созвонилась с матерью Андрея Сычева, но та ей не поверила. Однако вскоре весть дошла и до нее.

Военная прокуратура Челябинского гарнизона была вынуждена обратить внимание на преступление.

Мама Андрея Галина Павловна Сычева позвонила ему 3 января, чтобы поздравить с новым годом. В части его быстро позвали к телефону. Когда мама спросила, как у него дела, он сказал, что дела плохи, что его везут в больницу. В военном госпитале, куда Андрея сначала отправили, маме сказали, что до 10-го числа его смотреть никто не будет - праздники. А 7 января маме позвонил хирург из Челябинска и сказал, чтобы она быстрее приезжала, так как Андрей может не дожить до завтрашнего дня. 8 января она была уже там.

7 января Андрею ампутировали левую ногу. За правую боролись несколько дней, но и ее все равно пришлось ампутировать. "Сейчас вот еще отняли безымянный палец на руке, - сказал Галина Сычева "Известиям". - Да, ног мало, теперь вот на руки это пошло. Никакого варикозного расширения вен, как кто-то написал, у него не было. Была подростковая болезнь суставов в школе еще, год он был освобожден от физкультуры, тяжелой физической работы. Но с возрастом, как врачи и говорили, это прошло. Он здоровый парень был". Мама неотступно дежурит около сына: "Первую неделю он ничего не мог говорить, даже глаза не открывал. Лежит с трубкой под аппаратом искусственного дыхания. Сейчас только начал открывать глаза, узнает нас. Пытается что-то рассказать, как может".

Как сказала сестра Андрея Марина, он сам назвал имя своего мучителя. Сказать не смог - написал на бумажке. Мать и сестру Сычева уже допрашивали в прокуратуре, но информацией о ходе следствия с ними не делятся.